25.03.2016

Статья Татьяны Мужицкой «Животные в людях»

Помните трех медведей? Кто сидел на моем стуле? Кто ел из моей тарелки? Кто спал в моей кровати? И почему же это нас ни капли не удивляло, что девочка Маша, войдя в чужой дом, первым делом посидела на всех стульях, попробовала кашу во всех тарелках и полежала на всех кроватях?

Кто надел мои тапочки?

…Юный супруг взрослой дочери не был похож на девочку Машу. И совершенно непонятно было, отчего вскоре после того, как он поселился в большой трехкомнатной квартире родителей жены, у него стали возникать жуткие конфликты с тестем-профессором, достаточно спокойным человеком, погруженным в свой мир ученым. Оказалось, что если он садился пить чай, то обязательно за рабочий стол тестя, да еще и непременно оставлял там чашку. Если он садился обедать, то обязательно на место хозяина дома, и там же его заставал тесть за ужином, возвращаясь вечером с работы. Профессорских тапочек больше не было на привычном месте, и находились они теперь все время в загадочных местах. Казалось бы, такая ерунда – тапочки. Но отец выходил из себя до такой степени, что в итоге молодым супругам пришлось уехать жить на съемную квартиру.

Когда я стала заниматься психологией, я сделала для себя одно открытие, объясняющее этот конфликт, а также миллион других, которые случаются дома и на работе, в студенческой группе и в дачном поселке. И это знание очень полезно нам с вами для выживания в этом мире. Оказывается, биологически мы все остаемся животными. И где-то в подсознании действуют все законы животного мира. Мы не знаем о них, но подчиняемся как инстинкту. Почему крик новорожденного ребенка так всех заставляет дергаться? Почему испугавшись, мы стараемся забраться повыше? И эти древние «голоса крови», во власти которых мы до сих пор находимся, отнюдь не исчерпываются инстинктом материнства или самосохранения. Наверняка всем известно об «эффекте толпы» — когда люди, влекомые общим потоком, совершают действия, в которых потом могут раскаяться… Но этим не исчерпывается биологическое в нас. Многие ситуации коммуникации в бизнесе, в семье, да и просто в обществе строятся по негласным подсознательным законам «животного» в человеке. Вот именно эту таинственную завесу мы и приоткроем сегодня.

В психологии это направление называется «этология». Оно как раз исследует, как переносятся законы животного мира на жизнь человеческую. И если мы в них разберемся и сможем распознавать, то мы сможем избегать конфликтных ситуаций или же использовать преимущества, которые дает нам это знание для установления контакта.

«Ну, взяла я твои тапочки? Ну, посидела на твоем стуле? Ну и что такого? Что она, твоя чашка, расколется, если я попью из нее один раз?» Оказывается, у каждого человека есть то, что он считает своей территорией. Животные на эту тему договорились раз и навсегда: все свое они метят. Причем, как естественным способом (у каждого из них есть свой запах, например, собачья подстилка пахнет собакой, она уже понятно, чья), так и специально. У кошек и собак, как известно, существует целый ритуал, который все время исполняют самцы. Коты обозначат все углы в доме, собаки на улице обязательно переметят чужие метки у оград, столбов и скамеек. Но если люди так не делают, это вовсе не значит, что у нас нет понимания своей собственной территории. Есть, просто мы не знаем способа сделать это понятным всем остальным.

Не трогай стул, укушу!

Чем более интеллектуальным существом становится человек, тем безвозвратнее исчезают примитивные рефлексы. По идее, эту роль должны выполнять слова. Но слова или забрались высоко в дебри отвлеченности и многозначительности, или же мы сами не считаем нужным об этом договариваться, так как нам это кажется неважным. А в итоге у нас, у людей, нет такой хорошо выраженной, поставленной системы обозначения своей территории и демонстрации угрозы чужаку. Да и не учит нас никто этому.

Давайте вспомним, как реагирует собака, если вы попытаетесь приблизиться к ее косточке. Как она дает вам понять, что вы вот-вот зайдете за опасную для вас границу? Как человек может об этом узнать и не быть укушенным? Когда он приближается к тому месту, где спрятана кость, собака сначала встает, потом перестает вилять хвостом, потом у нее шерсть становится дыбом, потом она начинает скалить зубы, потом ворчит, потом рычит, потом лает, потом бросается. То есть, имеется много опознавательных знаков, которые покажут, что вы должны остановиться. Не делай этого, укушу! – честно предупреждает собака.

Поскольку у нас такой биологической системы опознавательных знаков нет, человеческая реакция другая. Человек, границы территории которого кто-то нечаянно или намеренно нарушил, молчит раз, молчит другой, молчит третий, но биологическое животное внутри него проходит все стадии. У него встает дыбом шерсть, скалятся зубы, только мы этого не видим. И в какой-то момент он взрывается, набрасывается на чужака, и пустяковый повод вызывается неадекватную реакцию, скандал, вплоть до мордобития!

В одной организации нам пришлось урегулировать конфликт между учредителями. Офис там был организован таким образом, что директор не мог себе позволить отдельный кабинет. То есть, его кабинет одновременно служил комнатой для переговоров, встреч учредителей, местом проведения собраний. Но поскольку директор все-таки проводил большую часть времени в этом помещении, он использовал единственный имеющийся там стол как свой рабочий. Стационарного компьютера у него не было, приходил с ноутбуком, но зато у него было кожаное кресло, которое отличалось от остальных стульев. И иногда сотрудники терялись: наш-то словно с цепи сегодня сорвался! А в другой раз, наоборот, оказывались приятно поражены: шеф сегодня такой лапочка, непонятно почему.

Советы учредителей проходили у них обычно по утрам. Если хозяину кабинета удавалось прийти раньше всех, сесть в свое кресло, то собрание проходило прекрасно, все участники покидали его в хорошем настроении. Но, к сожалению, один из учредителей, чтобы миновать пробки, приезжал гораздо раньше остальных. И поскольку большое директорское кресло было самым удобным за общим столом, он первым делом его и занимал, ведь по статусу все участники совещания были равны, поэтому могли занимать любое место за столом. И мы наблюдали, что творилось с директором. Он не мог усидеть на месте, волновался, все время ходил вокруг, дергал всех и особенно придирался к тому, кто сидел в этом кресле. Причем он сам этого не осознавал! Когда мы с ним разговаривали, он искренне недоумевал: он ничего мне плохого не делал, да и я отношусь к нему прекрасно, это мой друг. Действительно, в других ситуациях они прекрасно общались. И когда мы понаблюдали, мы поняли: то, единственное среди всех остальных стульев, кресло вызывало у всех «самцов» естественное желание его завоевать. Как собаки перемечивают метки друг друга на столбе. Первое, что было сделано – все сидячие места в кабинете стали одинаковыми. Эти люди могли себе позволить заменить стулья на шесть одинаковых кресел. Во-вторых, рядом с большим столом появился небольшой столик-секретер, который был персональным столиком самого директора и где он мог положить свой ноутбук, свои личные записные книжки. А ведь раньше можно было заметить, как человек менялся в лице, когда кто-то брал из его стаканчика ручку, чтобы что-то записать, или отрывал бумажки из блока, который ему подарила дружеская фирма. Ведь когда его кабинет служил для переговоров, всем казалось само собой разумеющимся пользоваться без разрешения его канцелярией во время обсуждения. А этот педант, который подбирал блокноты по цвету и хранил подарочки, которые были сделаны лично ему, начинал хмуриться, ноздри начинали дрожать. То есть, по микродвижениям можно было заметить, что человек показывает границы своей территории.

Вторая история произошла в организации, где офисное пространство не было разделено на зоны. Мало кому придет в голову зайти в директорский кабинет и расположиться там. Потому что там висит табличка, то есть территория размечена. Но если она не размечена, если все сидят, как сейчас принято, в большом зале свободной планировки, если непонятны границы и иерархия, начинаются сложности.

Руководитель обратился ко мне со смутным сомнением. У него появилось неприятное ощущение, что под него кто-то «копает», что в организации появился неформальный лидер, готовящийся к партизанской войне, но он никак не мог вычислить, кто это. Я предложила понаблюдать, кто будет чаще всего либо вставать на его место, либо садиться на его стул, либо брать его вещи. А обедали они обычно в центре зала за общим столом, сдвигая стулья. И оказалось, что на его стул все время садился совершенно определенный человек.  И тогда я предложила: попробуйте принести стул и все время держать его. Если этот человек хватает его случайно, он возьмет другой. Если нет, то он будет неосознанно проявлять нервозность. Так и вышло. Причем, этот человек не имел никакого отношения к руководству, он был дизайнером. То есть, он вовсе не пытался занять место директора, он вообще был из другой категории. Но это была чисто биологическая тяга к конкуренции: переметить чужую метку. Человек был тишайший (и видимо, потому, что он был тишайший, эта потребность в нем и сидела). Руководитель был поражен, но недоумевал: «Что же, мне его выгонять теперь? Мне жалко, он хороший дизайнер».  И когда мы разобрались в этой ситуации, он вызвал этого дизайнера и сказал: «Я понимаю, у нас тут суета, постоянные звонки, шум, а тебе, творческому человеку, нужно сосредоточиться, поэтому мы выделяем тебе кабинетик» Ему отвели уголочек, скромный, но отдельный, куда ему и стали приносить обед. Сначала дизайнер очень обрадовался, потом расстроился, что поговорить не с кем, потом привык ходить в курилку для этого, но с начальником уже никак не пересекался. Тот сам приходил к нему, когда было нужно. И с тех пор они жили долго и счастливо.

Невидимые миру границы

Когда вас приглашают в кухонную комнату в каком-нибудь офисе и предложат налить чаю, самая большая ошибка – хватать кружку, не подумав. Можете автоматически нажить себе врага. Правда, у меня есть знакомый, человек наглый, который первым делом хватает кружку с надписью «босс». Сразу бросает вызов.

Но если даже все кружки одинаково невыразительны, очень часто можно по лицам присутствующих определить, к чьей вы тянетесь. Причем человек сам может не понять, почему у него портится настроение, почему он напрягается и начинает агрессировать. Поэтому лучше сразу миролюбиво поинтересоваться: а какие у вас для гостей? Если же они таких не держат, то спросить: а из чьей можно попить? Нужно уважать границы чужих территорий.

Территория – это не обязательно квадратные метры в прямом смысле слова. Это может быть что-то ценное для человека: его проект, его жена, его идеи, его темы. Если вы хотите поэкспериментировать, то попробуйте с видом знатока порассуждать на какую-нибудь тему в присутствии реального эксперта в этой области. Вы сразу услышите недовольное ворчание или активную попытку вас переспорить.

Зоны компетенции — это те же территории, только на более высоком уровне. Поэтому если вы залезли на «поле» коллеги, допустим, вам дали его тему или поручили его проект, но вы не собираетесь с ним конкурировать и выживать его оттуда, достаточно сказать: «Да, я понимаю, что ты в этой области ас, и я к тебе обращусь за советом, чтобы не страдал сам продукт» Так вы избежите конфликта.

Своей территорией считают самок самцы. И, кстати, если женщина идет бить морду любовнице мужа, когда вдруг находит на своей территории записки, запах чужих духов и прочее, она тоже поступает, как самец. Ревность – совершенно животное чувство.

Иногда в дружескую компанию попадают два человека, связанных между собой отношениями, но не афиширующих их. Они приходят на вечеринку без обручальных колец. И бывает очень забавно наблюдать, когда девушка начинает строить глазки незнакомому мужчине, не замечая (если из разряда борцов, то намеренно, если нет, то по наивности), как в нее посылает невидимые стрелы другая, вроде бы не имеющая к нему отношения женщина, как она напрягается и как у нее портится настроение. Тайные связи таким образом вычисляются моментально. Потому что, если человек свою территорию пометил —  мое! — он не может не реагировать на опасное приближение к границам. Вы можете, конечно, не обращать на это внимания, но, если вы в этой дружеской компании хотите задержаться надолго, в ваших интересах не переходить границ чужих территорий.

А вот пример совсем из другой области. Когда образуется семейная пара и начинает жить в чьей-то квартире, между любящими людьми часто возникают трения. Например, если муж до этого жил один, и вдруг в его квартире появляются какие-то шпильки, баночки, платочки, он невольно начинает нервничать, хотя он не понимает, почему. Это его любимая женщина, и он вроде бы сам ее сюда привел. И наоборот. В аккуратной квартире прежде одинокой женщины появляются разбросанные носки, в ванной – бритвенный прибор, в спальне – мужской запах. Она думает, что ей не нравятся носки (а он – что шпильки), а на самом деле они инстинктивно рычат от того, что кто-то расположился на их территории. Поэтому всегда лучше, когда люди вместе начинают с нуля обустраивать общее пространство.

Последнее согласование — за Акелой

Когда в отдел приходит новенький, может оказаться, что все поделено: территория одного, другого, третьего, и свободна только узенькая тропиночка, по которой можно гулять. Тогда ему приходится отвоевывать часть территории. Или же территорию ему «сверху» ограничит начальник, тогда ему придется ее охранять, и доказывать, что это – его. Территория – это базовая вещь, поскольку для животных она важна. И какими бы мы не были социальными и моральными существами, в нас это все равно остается.

Если мы будем дальше изучать законы животного мира, то заметим, что там существуют жесткие иерархии. Есть более сильные и более слабые особи. Вообще, благодаря закону иерархии, животные нормально между собой ладят, особенно те, кто существует в коллективах – стаях. Там не часто завязываются драки, потому что каждый знает свое место в ней. Авторитет вожака стаи вообще непоколебим (помните, в «Маугли» последнее слово всегда было за Акелой), а более слабые признают более высокий ранг в иерархии. Более слабая особь может искать либо покровительства более сильной (как шакал Табаки у тигра Шерхана), либо признать свое положение и довольствоваться тем, что есть, либо становиться сильнее и отвоевывать куски чужих территорий (как это делал Маугли). Либо это «бешеная особь», которая не замечает иерархии, не видит границ, не понимает силу и начинает лезть напролом. Обычно бешеные особи в природе не выживают, их забивают более сильные.

Иерархия не устанавливается законом раз и навсегда, а сильнейшие не назначаются, а постоянно должны демонстрировать свою силу (помните, как промахнулся Акела?). Поэтому самцы все время выясняют, кто сильнее и выше рангом, и меряются ее атрибутами. Это неосознанно делают даже маленькие дети: когда мы из роддома принесли нашего младшего сына, старший, которому 4 года, долго рассматривал его, а потом сказал: какие у него маленькие ручки, а у меня большие, какие у него маленькие ножки, а у меня большие, какой маленький носик, а у меня большой, и так далее, вплоть до главного атрибута. То есть, первое, что он сделал – он померялся, расставил в иерархии.

И это поведение нормального самца, которое заложено биологически, ведь ему никто не рассказывал, как надо себя вести. А выросшие мальчики начинают меряться машинами, телефонами, полномочиями и территориями. Для человека власти территория – это положение в обществе, для человека отношений – это то количество людей, которые с ним связаны, и их статус. Помните, в «Иван Васильевич меняет профессию» кинорежиссер Якин пристально смотрит на царя и спрашивает: «Юрий Никулин? Иннокентий Смоктуновский! Кеша!»  Якин показал в этот момент свое место в иерархии, померялся.

Когда самцы теряют бдительность

На одном из тренингов мы давали участникам такое задание: изобразить какое-то несуществующее животное, сконфигурировать его из пальцев, придумать, как оно движется, но при этом определить его пол. Группа была достаточно большая, человек 20, и вот сооруженная из пальцев зоосистема начала двигаться, свободно перемещаться, жить своей животной жизнью. Начинались взаимодействия, возникали драки, спаривания, семьи, конкуренция. Но, естественно, разговаривать «человеческим голосом» животные не могли. А потом мы задавали простой вопрос: а как вы понимали, кто был самец, а кто самка? Потому что у животного, созданного из пальцев, половых признаков нет, а значит, это как-то понимается по поведению. И очень часто пол, который по своим критериям определяли окружающие, не совпадал с тем полом, которым наделил свое существо «создатель».

Как же так, мою бедненькую маленькую девочку приняли за самца? Или наоборот: почему вы так меня домогались, я же был самцом!! Оказывается, все это вытекало из поведения.  И это поведение мы потом анализировали с группами. Первое, что было замечено: самцы более активные, чем самки. Они проявляют инициативу, самкам же более свойственно сидеть тихо. Второе отличие: самцы территориальны, они захватывают территорию, охраняют ее, а самки на эту территорию, за которую борются самцы, спокойно внедряются без борьбы. Самку считают частью территории, потому, если самца не пускают за границу и начинают с ним драться, то самку, наоборот, затаскивают на территорию, а потом охраняют.

Еще было замечено, что для самок было неважным «меряться», проверять, кто сильнее и мощнее. Они отличались по привлекательности, по востребованности. Самая крутая была та, за которую дрались самцы. Сама же она могла спокойненько сидеть в углу и ни с кем ничем не меряться. За самцов самки не дрались. Самцы объединялись в группы против кого-то, они могли расширять территории, у них была очень беспокойная жизнь. Самки почти никогда не объединялись, за исключением того случая, когда все самцы уходили на войну. Кстати, пока самые активные были на войне, к самкам затесывались прикидывающиеся самками самцы. Забавное описание. Ничего не напоминает?

Какое отношение имеет к жизни? Самое прямое. Все эти законы в жизни работают. И сколько бы женщина, которая занимается бизнесом, не кричала, что она женщина, все эти игры про «уступите даме место» перестают  существовать. Потому что, как только она вступила в борьбу за территорию, полномочия, как только она признала свое место в иерархии, она стала самцом. Несмотря на все ее декольте, облегающие платья и т.д. Она ведет себя как самец, и с ней начинают обращаться как с самцом. И есть такой «запретный прием»: женщину очень долго воспринимали на равных как самца, и вдруг она делает что-то такое, что показывает, что на самом деле она самка, и ее инстинктивно пускают на чужую территорию. Это называется «женскими играми».

Впрочем, некоторые мужчины тоже используют запретные приемы. Пока самые активные, сильные особи в популяции занимаются жестоким бизнесом, одни из самых слабых спокойно занимаются их женами. Фактически они начинают вести себя как самки, и их беспрепятственно пускают на чужую территорию. И вот обманутый муж рычит: «Как ты могла променять меня на такого???» А она и не меняла, а просто того нет, тот все время в бою, а этот все время рядом и при этом не претендует на полное обладание, не ревнует и не требует верности.

Вообще, самец, который играет роль самки, пролезет, куда угодно. Он демонстрирует отсутствие амбиций, то, что он безопасный и не претендует на роль лидера. В этот момент самцы теряют бдительность, ведь от самки не надо охранять территорию.

В «Зеркале» есть такое упражнение: мы предлагаем человеку мысленно провести на полу черту-границу и никого не пускать на свою территорию. Второй партнер должен понять по реакции человека, где эта граница, и попытаться проникнуть за нее. И чтобы было совсем явно, мы предлагали: чем ближе человек подходит к границе, тем больше агрессии он должен видеть с вашей стороны. Он должен видеть, как вы скалите зубы и дыбом становится шерсть. И вот что сделал один участник, между прочим, внешне очень мужественного вида человек, пол которого, казалось бы, невозможно спутать. Он шел крупными шагами, получал реакцию агрессии. Когда совсем подошел к границе и до линии оказалось несколько сантиметров, он вдруг расслабился, стал мило улыбаться и посылать воздушные поцелуи, демонстрируя полное расположение. Женщина, охраняющая границы, расслабилась, а он в это время продолжал делать микроскопические движения в ее сторону. Когда она спохватилась, он уже оказался на ее территории. И это, кстати, одна из стратегий, которая, увы, срабатывает в бизнесе.

Хорошо животным – никакой путаницы. Самцы и самки играют по правилам.

Поскольку мы существа более социальные и интеллектуальные, у нас нет четкого полового биологического поведения. Очень интересно наблюдать, когда на бизнес-встрече появляется женщина, не имеющая отношения к бизнесу: жена, подруга, которую захватил один из участников. Такая типичная «блондинка». Она щебечет глупости, и при этом мужчины начинают перед ней распускать перья. То есть, меряться, чтобы завоевать новую территорию, самку или хотя бы ее расположение. Но если в переговорах, играя мужскую роль, участвует женщина, то в присутствии самки ей становится очень сложно. Она начинает беситься: «ну она же идиотка! Вы что, с ума посходили все?! Ау!!!» Но если она хочет продолжать свою игру, ей нужно делать то же самое, что и остальным самцам: стараться понравиться самке, обаять и завоевать эту девушку. Потому что иначе она может выпасть из своей мужской роли. Либо выбрать роль самки, что сложнее, потому что в этом случае она должна сидеть тихо, не высовываться, помалкивать, хлопать глазками, вообще вести себя крайне пассивно.

Это, кстати, может быть манипулятивным приемом, которым часто пользуются на переговорах, когда кто-нибудь из участников берет с собой секретаршу, референтку, переводчицу, журналистку. Важно только, чтобы он не ошибся. Потому что, если девушка в этот момент начнет говорить по делу, высказывать собственную точку зрения, то есть, играть в мужскую игру, ее забьют. Самцы, наоборот, объединятся в коалицию и покажут ей, что она слабая.

В этом, кстати, таится «подводный камень» для любой женщины-руководителя. Самцы будут стараться доказать свое превосходство. Самки будут демонстрировать: «Ты не женщина». И все это (и это важно!!!!) происходит абсолютно бессознательно, инстинктивно. И хорошо, что у нас существуют не только половые инстинкты.

Женщина-руководитель может проявлять материнский инстинкт по отношению к своему отделу. Это ее «щенки», которых она будет защищать насмерть и которым будет в зубах притаскивать корм (прибавки к зарплате, бонусы и т.д.). У мужчины же это будет инстинкт вожака стаи: «моя семья», «мой клан». Как вожак, он обеспечивают стратегию, охрану, корм, принимает решения, но требует самостоятельности и выносливости. Поощряет меряние – так сохраняется боевой дух. При этом четко делит мир на своих и чужих. И если он увидит, что его подчинённый разговаривает с представителем конкурирующей компании, то обязательно эмоционально отреагирует. Может, не сразу, может, совсем по каким-то посторонним и необъяснимым поводам, так что подчиненный решит, что к нему без причины придираются. И поэтому проявления верности окупаются, а попытки пойти «налево» заставляют нервничать. И лучше начальника до этого не доводить. Правда, есть и руководители-мужчины, похожие на хлопочущих квочек. Повторяю, у нас, людей цивилизованных, социальные роли не привязаны к биологическому полу. Поскольку мы более сложные создания, мы давно живем в развитом социуме и можем играть разные роли в разных играх. Важно знать, что у каждой социальной роли свое поведение.

Мы с тобой какой крови?

Когда мы на тренинге создавали животных из пальцев и ладоней, было замечено, что есть «свои» и «не свои». «Свои» — это те, которые хоть как-то были похожи, кто хоть как-то соотносился друг с другом. Причем, я напомню условие этого упражнения: животные были самые разные, начиная от фигушек, заканчивая летающими птицами из двух ладоней. «Свои» не обязательно могли быть похожи внешне, но могли чем-то напоминать друг друга по движениям. И опять вспомним Маугли. Помните самый важный «закон джунглей»? «Мы с тобой одной крови – ты и я». Откуда берется понятие «одной крови»? Это бессознательная вещь.

И в исследованиях зоологов было замечено, что животные реагируют не только на запах, хотя запах – это очень важно, не только на то, что они ищут своих по окраске. Они реагируют на единый ритм – ритм сердца, дыхания, ходьбы, речи. И это знание о подсознательном похожем биологическим ритме очень часто используется на многих тренингах, и переговорных, и коммуникативных. Существует понятие «подстройки под собеседника».

Чтобы он почувствовал, что вы с ним «одной крови», а значит, проникся доверием, нужно войти с ним в один ритм. Если человек очень быстро говорит, надо убыстрятся. Если медленно – замедляться. Если человек сидит в определенной позе, нужно сесть в такую же позу, сойдете за своего. Если пойдем чуть дальше, на уровень второй сигнальной системы, речи, то заметим, что в каждой организации есть свои словечки, а «у каждого времени – свои песни». И если человек приходит с этим словечком, то он уже будет приниматься как свой. В одной организации слово «хорошо» заменялось на слово «офигительно», потому что так всегда говорил шеф. В организации работали не тинейджеры, а солидные люди, но так повелось. И на защите проекта один человек сделал им замечание: зачем вы так говорите? Это как-то несолидно! Человек был вычеркнут из рядов партнеров, потому что он был не свой.

Естественно, официально высказывались совершенно другие причины разрыва. Ни одному человеку в голову не пришло предложить: давайте не будем с ним работать, потому что ему не нравятся наши словечки. Человеку сказали, что его условия не устраивают, хотя подсознательно это было потому, что он показал свою оппозицию, что он не был «одной крови». Единый ритм, одни и те же слова, общие ценности — все это формирует ту самую общность, ту самую стаю.

Один мой знакомый очень хотел попасть в фирму, руководитель которой была женщина-одесситка, активная и энергичная. У нее был очень быстрый характерный голос, она пребывала в стойком убеждении, что все москвичи – «это такие тормоза, я совершенно не могу с ними общаться!» И она принципиально набирала к себе таких же темпераментных южан. И я порекомендовала своему знакомому: тебе придется хотя бы первое время вести себя таким образом. Он, коренной спокойный москвич, стал быстро говорить, громко спорить и шумно выражать эмоции. И она сказала: «Какой хороший мальчик, и не скажешь, что москвич!» Она увидела человека «одной крови».

А как прекрасно понимают друг друга даже спустя десятки лет бывшие однокурсники и одноклассники, люди одного поколения, выросшие на одних и тех же книжках, и фильмах! Как объяснить человеку из другого мира, что такое «лошадью ходи!» и «дитям цветы, бабе мороженое!», и как бывает достаточно для мгновенного контакта заметить: «Хоботов, это мелко!»

Нам надо не только уметь наблюдать в себе эти реакции, но и адекватно отвечать на них, показывать, что нам нравится, и что не нравится, опознавать своих и уважать границы. Наше биологическое животное внутри нас живет своей жизнью, очень интенсивной, насыщенной, непростой. Мы можем либо помогать ему жить этой жизнью, либо делать вид, что мы этого не замечаем, и тогда на нашем пути будет встречаться огромное количество загадок и подводных камней.

Автор: ТатьянаМужицкая

Записала: Ирина Белашева

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Перейти к верхней панели